Летопись Ордена. Битва у форта «Жженый лист»

после десятого удара вечерней звонницы восемнадцатого дня месяца теплого солнцестояния 10 года от ВР.

«…Низкое, серое небо проносилось над ломаными зубцами сторожевой башни. На фоне багрянца закатного солнца силуэт форта выглядел огромным, чудовищным кораблем, появившийся прямо из мрачных пучин Черного пролива. Холодало.

-Мда, – Лувери, склонив голову на бок, смотрел на старый бастион, – Умели раньше строить…

Орк повернулся и подошел к стоящему поодаль эльфу, который, скрестив руки на груди, любовался закатом. Лувери оперся руками на топор, спросил:

-Красиво, Ганджа?

Эльф, не поворачиваясь, ответил:

-Дома красивее. Когда за лес уходит солнце, то верхние кроны вспыхивают золотом. Вечерний туман пронзают последние солнечные лучи, словно эльфийские стрелы, а небо…небо…, – Ганджа покачал головой, – Я не поэт, я воин. Я не умею говорить красиво, чувствую, что слова несовершенны, не способны передать все великолепие.

-Странно. Я думал, все эльфы умеют слагать стихи и говорить красивые фразы, – орк ухмыльнулся, – Думал, это только мы, орки, такие бойцы до мозга костей, не способные связно произнести «асталог-шабак-мвалок»…

-Что? – эльф даже поднял бровь, удивленно повернувшись к Лувери. Орк засмеялся, почесал затылок:

-Орковская поговорка. Развеселить тебя хотел, а то стоишь как стоунгардский памятник, зубы сводит…

-По какому поводу веселье? – из вечерних сумерек вышел Флайфайр, держа на плече боевой молот. Эльф и орк повернулись к пришедшему, Ганджа, улыбаясь, ответил:

-Орк мне зубы заговаривает, думает – все, спекся Страж, о вечном задумался. Ну, каков расклад на сегодня?

Глава Стражи с хрустом размял шею:

-Ну что могу сказать. Пятнадцать воинов отозвались на призыв Ордена, прибыли почти все лучшие. Даже Демонюга здесь, победитель турнира.

Орк присвистнул. Эльф уважительно качнул головой. Флайфайр опустил молот на землю, продолжил:

-Скауты донесли, что к городу движутся два призрака, один из них – Призрак Крови, что само по себе странно.

-Почему? – спросил Лувери.

-Исходя из отчетов экспедиционного дневника капитана Равса, Призраки Крови встречаются лишь возле поля Гранфилд, не могут покинуть его. Видимо, чья-то магия направляет его на нас. И этот кто-то, возможно, находится в Стоунгарде.

-Еретик? – воскликнул эльф.

-Еретик, – кивнул Глава Стражи, – Надо будет…

-Вот вы где! – из сгущающейся темноты бесшумно появился Элвин, – Всем доброго вечера, доброго Света. Флайфайр, поленья для костров готовы. Бигасик с Волшебницей сменили в передовом дозоре Адхиеля и Пророка. Из города вернулся Гур, сказал, что подмоги не будет. И еще…, – Эльф понизил голос, – Я видел здесь гнома?

-Это Суххо, – Лувери оскалился, – Я его знаю…

-Это не он тебя вчера в гостинице гонял? – хитро осведомился Ганджа, – У меня аж стены тряслись, картина упала.

-Нет, не он, – отмахнулся орк, – Это мы с Даймоном эль делили. И еще неизвестно кто кого гонял. Гнома я знаю недавно, на рынке разговорились, он амулет покупал. Забавный тип, но не хотелось бы мне попасть под его молот.

-А-а, – протянул Элвин, – Просто как-то странно видеть гнома среди бойцов. Их в Стоунгарде практически нет, а на поле боя вообще не встречал.

-Скрытный народец, – подтвердил Ганджа, вдруг встрепенулся, поднял вверх палец, – О, вечерня…

Воины замолчали. Со стороны города раздавались гулкие удары орденского колокола, перекрывая свист ветра в развалинах. Восемь ударов, девять, десять…

-Готовимся, – сухо скомандовал Глава Стражи, – Занять позиции.

Бойцы быстрым шагом пересекли дорогу возле форта, вышли на поле, покрытое мягкой, терпко пахнувшей травой. Закованные в броню ноги прошагали по плодородной земле, воины остановились у небольшого костра. Здесь находились остальные, не занятые в дозоре защитники Стоунгарда.

-Братья и сестры, время, – Глава Стражи пристально осмотрел каждого, – Пора посмотреть на Север, пора отдать долги предкам.

Воины начали подниматься со своих мест. Каждый знал что делать, не надо было произносить лишние слова.

Вот тот самый гном по имени Суххо. Бронированный, как все жители дальних рудников, с тяжелым молотом. Вот Гур, человек, любящий прятать лицо в тени, скрывая под длинной прядью густых волос жуткий шрам на щеке. Вот Бегасик, отчаянная девушка, буквально вырванная клириками из лап смерти после страшного боя у Северных врат. Только встала на ноги – и уже снова в бой.

Вот Волшебница, эльфийка, предмет тайных воздыханий многих воинов Стоунгарда. Она же, поистине волшебно и не по-женски владеющая боевым молотом, оставалась холодной и неприступной.

Вот эльф Ежик. Недавно в городе, но уже прославился способностью выигрывать любое пари.

Вот боец по имени Демонюга, обладатель великолепного восточного клинка и первого места в стоунгардском турнире фехтовальщиков. Опасный воин и умный противник. Вот Даймон, здоровый орк с гномьим молотом. Любитель покутить в таверне и поорать дурным голосом орковские похабные песни, вгоняющие в краску всех девушек Стоунгарда. Вот Фалленангел, эльф, лишь отдаленно напоминающий своих собратьев. Улыбчивый поэт с глазами убийцы. Его кожа темнее эльфийской, светлые, почти белые волосы. Говорили, что он из какой-то давно забытой семьи, правящей некогда материком Элисенаум. Вот орк Гаран, любитель помахать молотом на гладиаторской арене и с азартом играющий в кости. Как-то раз проигрался вдрызг и вынужден был, в счет долга, целый день приставать к эльфийкам с предложением размять ему спину. Как он выжил в тот день остается лишь гадать.

А в дозоре сейчас были двое, скрывавшиеся в ночи под эльфийскими плащами. Первый – Адхиель, мрачный и немногословный воин, готовый пойти на смерть не моргнув и глазом, со спокойным лицом орудуя бритвенно острым фламбергом. Второй – Пророк, непревзойденный мастер острословия. Наверное, один из немногих, кто после боя садился за стол, но не ради выпивки, а доставал перо, пергамент и записывал прошедший день для истории. Его пальцы, больше привычные к тяжести меча, выводили аккуратным каллиграфическим почерком все то, что должно было помочь потомкам позднее разобрать и понять нынешние события.

Воины поднимались, расходились по своим местам. Секундой позже вспыхнул полукруг из костров, освещающий алым поле предстоящей битвы. Вернулись Адхиель и Пророк.

-Флайфайр, – более старший Адхиель обратился к Главе Стражи, – Призраки рядом. Они вызвали еще четырех Малых.

-Следовало ожидать, – Флайфайр одел шлем, с лязгом опустил забрало, – А вот и они…

Из темноты в круг света выплыло шесть фигур, шесть порождений Мертвой земли. Одна фигура возвышалась над остальными, кривые лапы светились красным. Второй призрак был чуть пониже, зеленое свечение не освещало ничего вокруг. Остальные четыре – юркие и быстрые Малые Призраки, непрестанно рвались в разные стороны, словно псы на привязи, но шаманская магия удерживала их в свите Старших.

Стоило только призракам пересечь незримую черту в центре освещенного круга, как Флайфайр, стоящий у костра, поднял над головой факел, сигнал к атаке.

-За Свет!!! – казалось, сама ночь взорвалась блеском стали и ревом воинов, впрыгивающим из темноты в круг…

-Началось! – прошептал Глава Стражи…

…Гур и Гаран первыми настигли врагов. Молоты со свистом рассекали воздух, но Большой Призрак легко уходил от всех ударов, перетекая с место на место утренним туманом. Малые Призраки наконец освободились от пут, кинулись в разные стороны, с воем ища цель. Призрак Крови застыл на месте, формируя из своих лап острые шипы.

-Не дайте им вырваться из круга! – Лувери огромной тенью пронесся над костром, топор описал сверкающую дугу и буквально развалил одного из Малых Призраков надвое, – Ежик, сзади!

Эльф сцепился с Большим Призраком и от неожиданного удара Призрака Крови его спас только шлем. Кровавый шип тяжело врезался в область затылка, Ежик упал на колено, борясь с подступившим головокружением. Над его головой просвистел молот Бигасика, отбросив увидевшего легкую добычу Малого Призрака.

-Оттаскивайте Ежика! – звучный девичий голос заглушало забрало, но ее услышали. Опережая змееподобных Малых Призраков к бойцам прорвался Гаран, низким ударом подкосил одного из врагов…

…Призрак Крови крутился волчком, отбиваясь от наседающих бойцов. Элвин перекатом ушел от удара страшного оружия порождения Мертвой Земли, но влетел в костер, разбрасывая искры. Вскочил, ругаясь, стряхнул занимающееся пламя с плаща.

-Эй, Флайфайр! – крикнул он Стражу, – Клирики ни чем нам не помогут, как в прошлый раз? Уж больно силен, зараза.

-Не помогут, – Глава Стражи наконец нашел какой-то свиток в плечевой сумке, – Сейчас мы его вот так…

Сургуч печати хрустнул под одетыми в броню пальцами, свиток вспыхнул мрачным синим светом. Призрак Крови взвыл от боли, от него отделилось бирюзовое облако, вливаясь в грудь Стража.

-Тебе б в вампиры, – пробормотал Флайфайру Элвин, бросаясь на ослабевшего Призрака...

Но перевес был явно не в пользу Защитников Стоунгарда. Отбив легкую катану Призрак Крови пригвоздил к земле Демонюгу, пробив легкие доспехи насквозь. Гур вместе с гномом Суххо буквально разорвали одного из Малых Призраков, но человек не заметил, как попал в зону ударов Призрака Крови. Уже чувствуя холод в груди от рвущего плоть шипа, Гур из последних сил опустил молот на голову врага.

От удара Большого Призрака не смогла защититься гибкая Бигасик, подрезанной лозой упав на землю с рассеченной головой, лишь на долю секунды пережив гнома Суххо, которого чудовищный удар отбросил аж к форту. Ежик, бросившийся им на помощь, не смог пробить блоки Большого Призрака, был сражен ударом, но не выпустил молот из ослабевших рук.

Рядом Волшебница, отбросив использованный свиток лечения, снесла голову очередному Малому Призраку.

-Так держать, красавица! – отсалютовал Гаран эльфийке, но лишь вскрикнул, когда вырвавшийся от Флайфайра и Ганджи Большой Призрак обагрил кровью золотой плащ Волшебницы, вонзив в спину свое оружие. Орк, не видя ничего от ярости, бросился на врага и не заметил Призрака Крови, снесшего ему голову...

…Страшный бой продолжался. Ганджа использовал свиток ожога. От удара Большого Призрака упал на колени Адхиель с капающей из-под забрала кровью, тщетно силясь подняться. Со стоном рухнул орк Даймон с рассеченной грудью…

…Все это пронеслось калейдоскопом подвигов и смертей перед глазами выживших. Но перелом уже был сделан, перелом битвы у форта «Жженый лист». Разорванный на куски общим натиском исчез в зеленом свечении Призрак Крови. Большой Призрак с последним оставшимся Малым попытались отступить, бросаясь буквально под ноги воинов. Ранили Фалленангела, превратили доспех Пророка в стальные осколки.

-Загоняй уродов! – Ганджа сделал шаг назад, пропуская для удара Флайфайера, тут же вновь занял его место, – За Свет!

Пока другие бойцы не давали оставшемуся Малому Призраку опомнится, сковав его в защите, меч Ганджи вспорол плоть зеленого отродья.

Большой Призрак в последней отчаянной попытке кинулся на бойцов. Флайфайр ушел с линии атаки, молот стража оглушил нежить, свалив на землю.

-Аргх! – Пророк подпрыгнул и всей массой вонзил фламберг в тело Большого Призрака, закончив бой…

…Элвин сидел у последнего не затоптанного костра, опустив голову. Отблески пламени играли на его лице, глаза не моргая смотрели на багровые угли.

-Ты как? – рядом опустился Лувери.

-Знаешь, – эльф вздохнул, – Я родился для войны, мой род всю жизнь воевал. Но никак не могу привыкнуть к той боли, что поселяется внутри после боя, когда тела моих павших товарищей скрывает вечная тьма…

-К этому невозможно привыкнуть, – подошедший Пророк бросил на землю истерзанные доспехи, – Но это надо помнить. Их надо помнить…

…Ночь опустилась на Стоунгард. Ночь опустилась на поле боя у форта «Жженый лист», оставляя каждого из выживших один на один с собой.

И лишь костер, словно рыжий танцор, плясал танец победы, отгоняя тьму…»

 

2006.07.19

Вернуться



Statok.net

Каталог сайтов Top.WapStart.ru
Рейтинг@Mail.ru